22 ГЛАВА.
(Деймон)
Плюхаюсь на переднее сиденье и захлопываю дверь. Розалина вскрикивает и подпрыгивает на месте.
- Ты чего? Людей пугать нравится?
- А кто тут человек? – говорю скорее машинально, чем осознанно. Взгляд не может оторваться от лобового стекла. Подминаю руку и тру пальцами переносицу, закрыв неприятно щиплющие глаза.
- Ты в порядке? Кто там был в доме? – Розалина робко кладет ладонь мне на плечо. Поворачиваюсь к ней, смотрю в глаза. Ее зрачки расширяются, и девушка непроизвольно икает.
- Елена?
Просто киваю и отворачиваюсь.
- Так она…
Еще кивок. Ну, просто не могу сказать ничего, чтоб голос не сорвался на стон. Обхватываю голову руками и опускаю их на руль. Вздыхаю. Легче не стало ни капельки. Роуз молчит, я благодарен ей за это.
Не знаю, сколько времени так находился, но щеку начинают щекотать первые лучи солнца. Распрямляюсь и выглядываю в окно. Солнце восходит, а значит надо срочно куда-то укрыть Роуз. Оборачиваюсь к ней.
- Тут совсем рядом есть отель. Прикройся пока что ли курткой, – хрипло говорю, заводя мотор. Девушка кивает, принимая из моих рук только что снятую мной куртку. Остаюсь в одной футболке.
- Дей… - Начинает было Роуз, но натыкается на мой взгляд и замолкает.
Трогаю машину с места, оглядываюсь назад, чтоб не врезаться бампером в столб. Неспеша выезжаю на дорожку. На улице не май месяц, но мне не холодно ни капельки. Я уже вообще ничего не чувствую, все ушло вместе с разбитым сердцем. Теперь меня точно можно назвать ходячим трупом. Усмехаюсь.
Оборачиваюсь на неожиданный испуганный вскрик Розалины и, чертыхнувшись, резко нажимаю на тормоза, молясь о том, чтобы успеть. Резкий толчок, машина замирает. Встречаюсь через лобовое стекло с испуганными фиалковыми глазами. Еще бы чуть-чуть. Прикрываю глаза и перевожу дыхание. Меня всего начинает колотить от подступающей ярости. Не обращая внимания на схватившую меня за руку Розалину, берусь за ручку дверцы.
- Ты рехнулась что ли? – Кричу во все горло, вылетая из машины. Хватаю Елену за плечи и хорошенько встряхиваю. – Я мог убить тебя!
- Зато остановился.
Смотрю на нее во все глаза и не верю. Она точно чокнутая, или просто кажется? Обеспокоенно осматриваю ее. Облегченно вздыхаю, вроде не задел.
- Еще раз так сделаешь.… Сам убью, поняла?
- Мне надо сказать тебе кое-что.
Что еще? Забыла сказать, что не хочет меня видеть? Совершенно не интересно опять причинять себе боль. Отпускаю ее и разворачиваюсь, чтобы уйти.
- Постой! – в панике выкрикивает Елена, хватая меня за руку.
- Я бросила Стефана.
Киваю, не поворачиваясь к ней. Девушка обходит меня вокруг и заглядывает в глаза. По ее щекам текут слезы. Не дождавшись ответа, болезненно морщится.
- Мы расстались, потому что я люблю другого…
- Я знаю, – неужели я еще в состоянии что-то говорить? Не смотрю на нее, чтобы она не увидела боль, отражающуюся от моей души. – Мне это не интересно. Кого ты любишь…
Елена не дает мне договорить, обхватывает мое лицо руками и заставляет посмотреть на нее.
- Тебя… - Замираю, воздух с хрипом вылетает из легких. – Я люблю тебя. И Стефан это знает.
- Что?
- Мы расстались из-за тебя... – Елена убирает руки и опускает голову, обхватывает себя руками, словно боится рассыпаться на части. – Если ты сейчас уйдешь, то должен был знать это. Пусть мы не вместе, но ты мне не безразличен… - Замолкает на немного, всхлипывает. – И никогда не будешь. Все, я сказала все, что хотела.
Девушка отходит и отворачивается от меня. Стою, не отрываясь смотря на ее подрагивающую спину. «Она любит меня! Меня!» Маленький кусочек надежды закрался в сердце, постепенно возрождая его к жизни. Поднимаю руку и вытираю увлажнившиеся глаза.
Делаю шаг в сторону Елены, потом еще. Осторожно обхватываю руками ее плечи, поворачивая к себе.
- Ты любишь меня после всего, что я сделал?
- Люблю, – поднимает на меня заплаканное лицо. – Но это ничего не изменит, да? – сколько боли в ее словах. Морщусь.
- Не изменит. Мы не можем быть вместе.
(Елена)
Я отворачиваюсь и крепко обхватываю себя руками, не давая сердцу выпрыгнуть из груди. Я только что призналась Деймону в любви. Решающее слово за ним. Но почему так больно? Почему такое чувство, что сердце вживую вырывают из груди? Я еще сильнее обнимаю себя, боясь рассыпаться прямо здесь, на дороге.
Как же я испугалась, выбегая напротив машины. Гнев Деймона не стал для меня неожиданностью, я рассчитывала на это. Но последующие мои слова: « Зато ты остановился»,- на какое-то время лишили меня способности правильно излагать свою речь. Эта фраза не блистала высшей степенью сообразительности. Странно, что Деймон в своей излюбленной манере не намекнул об этом. Но неважно, это уже прошло…
А сейчас, мне больно. Больно от того, что я прекрасно понимаю, что он от меня уйдет. Я готова его простить, прошли те минуты, когда я думала, что не скоро смогу это сделать. На подсознательном уровне, я простила его уже давно, еще, когда вспомнила. А теперь просто стою и не могу ничего сделать. Своими же руками позволяю ему снова уйти. Из глаз текут горячие слезы. Чувствую, как они щекочут мне щеки, но не могу остановиться.
Не замечаю, как Деймон подходит ко мне, ощущаю его присутствие уже тогда, когда его руки бережно обнимают меня за плечи и разворачивают.
- Ты любишь меня после всего, что я сделал? – спрашивает тихо, почти шепотом. Боится услышать ответ.
- Люблю, – непослушным языком выговариваю следующую фразу, молясь, чтобы голос не отказал мне. - Но это ничего не изменит, да?
Вижу, как он болезненно морщится, но ответ читается в его глазах ясно и четко. Он уже знает его.
- Не изменит. Мы не можем быть вместе.
Начинаю задыхаться от нехватки кислорода. Меня прямо-таки ударили в солнечное сплетение, нокаутировали, по-другому выражаясь. Я готова была это услышать, но принять горькую правду оказалось куда труднее. Он опять бросает меня. Неужели я настолько не вписываюсь в картину его будущего, что проще просто взять и выкинуть меня, словно устаревшую ненужную вещь? Злится нет сил, просто смотрю на него прямым взглядом и плачу.
Деймон нежно проводит ладонью по моей щеке, неотрывно смотря мне в глаза. Его зрачки расширяются и начинают пульсировать. На веках блестят слезы.
- Я могу унять твою боль, – говорит хрипло, не разрывая зрительной связи.
Осознав, что именно он предлагает, в тоже мгновение отталкиваю его от себя. Руки сами выставляются в оборонительную позицию.
- Еще раз ты со мной такое не проделаешь, Деймон Сальваторе. Я лучше умру!
- Я просто хочу помочь… Чтобы тебе не пришлось страдать.
Усмехаюсь, глядя на него свирепым взглядом.
- А себе ты сможешь помочь? По глазам вижу, что нет, – я немного успокаиваюсь и беру его за руку, прижимаю ее к своей груди. – Дей, ты же любишь меня. Ну, зачем, зачем эти постоянные игры? Ведь все равно останешься в проигрыше.
- Я монстр, Елена, чудовище, – отчаянно мотает головой, пытаясь вырвать свою руку из моей.
- Я не боюсь тебя, – говорю, растягивая слова, чтобы до него дошло. Деймон, останавливается и задерживает дыхание. В его глазах я могу прочесть слепую надежду, радуюсь, что смогла-таки до него достучаться. Продолжаю говорить, ослабляя хватку на его руке, нежно улыбаюсь, зазывая поверить мне.
- Мне не важно, чем ты занимаешься, я уже смирилась с этим. Я готова принять тебя таким, какой ты есть. Когда же ты это поймешь? – печально говорю я, заглядывая ему в глаза. – Всегда был, есть и будет только тот Деймон Сальваторе, каким ты захочешь быть сам. Это твоя природа. Я люблю тебя таким. Понимаешь ты это, тупая ты башка?
Смеюсь, видя его улыбку. Ощущаю на языке соленый привкус собственных же слез.
- И ты готова быть со мной при любых обстоятельствах?
- При любых.
- Ты простишь меня за все, что я сделал? Сможешь?
- Уже простила, – улыбаюсь его бестолковости. Ну, когда же он поумнеет? – Так может, обнимешь меня, наконец?
Деймон не медля ни секунды заключает меня в объятия, издав при этом гортанный звук, больше похожий на рев зверя. Смеюсь, ощущая теперь вкус его слез на своих губах, от мимолетного поцелуя, который он успел подарить мне.
- Простите, конечно, но меня кто-нибудь спрячет от солнца? Не хотелось бы превратиться в головешку, – раздается голос из машины. Сама его обладательница потом тоже высовывает нос из окна и улыбается нам. Совсем забыли про Роуз за своими разборками. Не разжимая объятий, смеемся, Розалина присоединяется к нам.