Некогда между нашими расами – Чистильщиками и Детьми Ночи - возникали браки.
Мне бы хотелось увидеть такое собственными глазами, но то время прошло. А сейчас любое общение с другими вызывает как минимум раздражение.
Последний век все изменил. Мы ходим по лезвию ножа, один неверный шаг с любой стороны и мы вспомним все свои обиды. И мы и «ночные» слишком хорошо храним на чердаке своих воспоминаний все наши ляпы. Ведь плохое помнить легче.
Совсем недавно появилось мнение, высказанное Старейшинами, что между нами уже идет война.
Встречи между Чистильщиками и Детьми Ночи не запрещены формально, но действуют против твоей репутации. Возникает вопрос: на чьей ты стороне?

Я зашла в библиотеку.
На диване, буквально завалившись книгами, сидела Карен. Внешний вид девушки оставлял желать лучшего, но через сутки кожа снова приобретет здоровый вид, синяков под глазами не останется, да и волосы снова будут блестеть. Все внешние изменения свидетельствовали, что она серьезно пострадала и Сыворотка действует, пусть и медленно.
Услышав, что я хлопнула дверью, Карен оторвалась от книги.
- Бон жур, - Карен слишком много общается с Эдрианом и потому частенько копирует его интонацию. Тут же она скинула все книги на пол и похлопала ладошкой по дивану, зовя меня сесть.
Я села, жалея книги.
- Рассказывай, - начала она.
- Чего?
- Что тебе надо, - пожала плечами она и продолжила просматривать книгу.
- Нателла уверена, что… - начала я, но Карен громко хлопнула книгой, чем и прервала меня.
- Оно тебе надо? Ну, вторая специализация? У тебя первая труднее, чем любая из моих. К тому же никто, если что не будет отправлять тебя на оборотней. Если встанет вопрос: оборотень или сидхе, кого ты выберешь? – потребовала она от меня ответа.
- Ты потрясающе умеешь отговаривать, Карен, но думаю решением Нателлы пренебрегать нельзя, - нажимала я, понятное дело, что самой мне не хотелось тратить полгода на все это.
- Полгода, Бланка, - гнула свое Карен. – Полгода изнурительных тренировок.
- А вдруг в следующий раз тебя разорвут на куски? Так за тебя будет, кому отомстить, - уже шутливым тоном спросила я.
Карен только покачала головой, наконец, поняв, что я упертая как баран.
- Первое, что ты должна крепко-накрепко запомнить – укус, царапина оборотня опасна для Чистильщика. Мы может стать такими как они. И прости, я не знаю ответа на вопрос «почему».
- И помогает тебе Сыворотка?
- Нет. Сыворотка вылечивает раны, но спасает от ликантропии.
- Тогда что?
- Жидкое серебро, - сказала Карен и вытащила из кармана пузырек с прозрачной жидкостью.
Я приняла его и повертела в руках. Вытащила пробку и принюхалась, даже металлического запаха не было. Приложила палец к горлышку и перевернула склянку. И следом лизнула палец, почувствовав, легкий привкус металла.
- Нам ведь нельзя его принимать, - осудила ее я.
- Сразу после Сыворотки нельзя. Через неделю небольшую дозу. К тому же тут легкая концентрация. Принимать нужно раз в месяц, иначе возникнет привыкание.
- Крышу не сносит? – решила пошутить я.
- Первые два часа ходишь, словно по облаку, - со смешком ответила Карен, но я ей почему-то поверила. – Гельм мастерски рассчитал дозу.
Я подумала, какой же Гельм молодец, рассчитал дозу вещества, которое нам принимать категорически воспрещается.
Боковым зрением я увидела, как Карен встряхнула волосами.
- Знаешь, мне иногда хочется послать все куда подальше, - тихо начала она. В Пансионе на такие темы мы не говорили, боясь, что все услышит Нателла, а она пусть и добрая, но все же Надсмотрщица.
Я не стала бороться с желанием обнять подругу. Протянула к ней руки и та ответно обхватила меня, зарываясь лицом в мои волосы. Если Карен и плакала, то я этого не услышала.
- Потерпи.

- У тебя должны быть веские причины, чтобы вызывать меня и просто железобетонные аргументы, - сказала. Грубо, очень грубо, но мое настроение никак не желало улучшаться, тем более после звонка вампира.
Сейчас мы с Аароном прогуливались по набережной. При встрече я не поздоровалась и пошла вперед, он следом. И все же перовой заговорила я.
Аргументов я не слышала, потому что он хранил молчание до тех пор пока я не нашла скамейку, деревьями защищенную от порывистого ветра, дующего с Атлантического океана. Я села и принялась рассматривать горизонт.
- Разве смерть – не веский аргумент? – поинтересовался Аарон, и я мельком посмотрела на него.
- Если я ничего не путаю, то Гораций утверждал: «Весь я не умру», - безразлично ответила я. – Так что да, давно не веский.
Аарон сел рядом. Как только он сел, ветер перестал трепать его волосы, успевшие уже запутаться. Я бы, безусловно, провела по своим рукам, чтобы их распутать, но вампир, словно не думал ни о чем таком. Он был в том же черном пальто, распахнутым, от чего мне стало холодно и я плотнее укуталась в кожаную куртку, понимая, что пора переходить на одежду потеплее. Так же я успела отметить его лакированные ботинки. Возможно, я единственный Чистильщик, который вообще обращает внимание на обувь собеседника.
- Даже смерть невинных людей?
- Убитых.
- Ты видишь разницу, - не очень уверено проговорил он.
- Я вижу разницу между убийством и естественной смертью. Но я не вижу разницы, когда убивают оборотни или вампиры. Вы убиваете, и это доставляет вам удовольствие. Некоторые мучаются, я не спорю. Строят из себя людей.
- А такие как ты не убивают? – с не скрытым намеком спросил он.
Я уже знала, что такой разговор не кончится ничем хорошим. Вампир искал во мне что-то, что поможет мной манипулировать, но он пошел совсем по другому направлению.
- Я все еще не хочу тебе помогать, - перевела тему я.
- Ответь на вопрос, - попросил он.
- Я не убиваю. За других Чистильщиков я отвечать не могу.
- Я знал одного, который любил убивать, - как начало притчи поведал Аарон.
- Я слышала об этом.
- Он убил даже свою семью, - с какой-то маниакальной радостью давил вампир. Я уже опасалась, что он вдастся в подробности. Но он задал вопрос. – Что ты на это скажешь?
- Не имеет значения.
Ветер все-таки достиг нас в нашем убежище. Я поежилась и крепче сжала руки на груди, теплее не стало, наоборот я сильнее затряслась. Аномально отвратительная погода.
Вампиру это было безразлично, он никак не отреагировал на ветер, не стал запахивать плащ. Молчал и смотрел куда-то вдаль.
Я же повернулась лицом к концу перил на набережной и увидела одно знакомое лицо. Теперь я тряслась не от холода. Мигом поднялась со скамьи, чтобы, не говоря ни слова вампиру, ретироваться.
- Бездействие - преждевременная смерть. Слова Пьера Буаста, - спокойно заметил Аарон.
Я остановилась в двух метрах от него.
- Я возьмусь, - неожиданно даже для себя, согласилась я. – Но клянусь, если я узнаю, что для тебя это месть, я прибегну к Протоколу.
Я неизвестно зачем повернулась в сторону знакомого лица. Зря. Мы пересеклись взглядами. Пусть нас разделяло добрых три сотри метров, он узнал меня, а после и понял кто мой спутник. И тогда он перестал смотреть на меня с удивлением. Это был гнев.
И Дьявол, я готова отдать себя прямо сейчас. Я влипла. Крупно.

Пока я ждала своей участи, которая как рок должна была свалиться на меня, я перебирала баночки на туалетном столике. В руках был очередной крем, который пора было выкинуть. Расскажет ли Иржи Нателле? Зная этого подонка, конечно, расскажет. Он был Чистильщиком 2ой степени, к тому же Надсмотрщиком на другой территории.
Иржи я знала мало, но то, что я знала о нем, мне хватало. Он меня раздражал. Это был так называемый «сахарный мальчик», смазливый блондин с голубыми глазами. Он весь казался милым, как моя первая кошка, пока не посмотрит на мир своим истинным взглядом, взглядом ястреба, отчего мурашки бегали по коже. Он, так и выискивал своими голубыми глазками нарушения. А с его телом бесспорно можно рекламировать нижнее белье. Презирал все, кроме себя и Лидера.
На вид ему было не больше тридцати, что на самом деле могло равняться шестидесяти. Если брать в расчет, что пять лет равняется нашему году.
Пока я размышляла о Иржи, я забросила разборку столика и не помня, когда я успела взять картонную коробку, высыпала ее содержимое на кровать. Нателла положила в нее пять альбомов, полностью заполненных фотографиями. Один из них был мамин, полностью в черно-белых фотографиях. Иногда попадались фотографии из ее жизни манекенщицы. В других альбомах попадались наши общие фото, где мы с отцом, всей семьей и, право, мне казалось, что мама выглядит счастливой. В коробке, а уже на кровати, были фото в рамках, и по одной я сразу же узнала, что она стояла на комоде в маминой комнате. Металлическая, витиеватая рамка, а в ней фото с их свадьбы. Ее я спрятала в одном из ящиков туалетного столика. Те фото-рамки, что некогда были в моей комнате, в доме, я расставила на нем. А когда повернулась, чтобы посмотреть на натюрморт из кровати, коробки и альбомов, в свете люстры что-то сверкнуло.
Обручальное кольцо мамы. Помнится, что после смерти отца она немедленно его сняла, как только узнала и до того, как взяла бутылку с джином. Никогда не видела, чтобы она его одевала или дотрагивалась, все потому что я не заходила к ней в спальню и не знала, где оно лежало.
Только я успела повесить его на цепочку, в дверь постучали, и в комнату просунулась Трецца.
- Бланка, - позвала она меня. – Можно?
Я кивнула, и девушка прошла в мою комнату. Я же застегнула цепочку на шее и спрятала ее под тканью кофы. Стала убирать альбомы под кровать. А Трецца осталась стоять у двери, которую все же прикрыла.
- Ты чего-то хотела? – спросила я, сидя на корточках и смотря на подругу.
- Не я - Нателла, - взволнованно ответила она. – Хочет поговорить с тобой…
- Где?
Я, глядя на нее, сама затряслась, как лист на ветру. Пожалуйста, можно я еще поживу?
- В своей комнате…
- Дьявол! – смачно вылетело ругательство.
Я встала, пошла к двери, собирая по дороги остатки самообладания и мужества. Трецца отошла в сторону, пропуская меня. Я вышла, и как назло мой коридор оказался оживленным, хотя обычно людей тут и днем с огнем не сыщешь. Вот они друзья, смотрят на меня как на жертву, экие грифы. Бесплатное представление.
- Бланка, - окликнула меня девушка. Трецца вышла из спальни, и голос у нее звучал странно. – Она не одна.
Мне пришлось повернуться к ней. Я улыбнулась, лучше чтобы хоть кто-то из нас был спокоен. Пусть это будет она. И я ей соврала улыбкой, что все в порядке.
- Да, Тресс, я знаю.
Так и знала. Иржи, чтоб тебя… разодрало!

_________________________
Жду вас на Форуме