Элен Рау смотрела на меня, словно это была я виновата во всех неприятностях в ее жизни, начиная с подростковых прыщей, заканчивая ее обращением. В первом все же надо винить гормоны, во втором… согласна, наверное, отчасти виновата и я. Но лучше винить смазливого вампира, носящего имя Фабиан. Так что становится ясно как божий день - ее я не была готова увидеть. Так что когда новообращенная мисс Рау кинулась на меня я не успела среагировать, прибывая в некотором шоке. Вампир, который был не так давно человеком, пусть и не обучен, был достаточно силен и быстр, чтобы более опытный, но человек принял поражение. Мою руку, что держала «берету», Элен завела резко мне за спину, и я попыталась зашипеть от боли, но когда новообращенная взялась мне за шею, этот звук застрял в горле. Последующее движение было таким резким, что я думала, она переломит мне шею, но она просто откинула мою голову в сторону, открывая шею. Я чувствовала ее холодное дыхание и быстрое движение ее языка по моей коже. И я тихо мечтала, чтобы если что она отравилась кровью «натурала».
- Машика, - кое-как умудрилась проговорить я. Получилось зло, но так тихо, что я забеспокоилась, что она меня не услышит.
- Не уж-то, meu scumpul, ты все еще думаешь, что во всем виновата я одна? – с издевательством в голосе поинтересовалась Машика. Она, не отрываясь, смотрела на лицо Алекса.
Над кладбищем повисла тишина. Все застыли. И как обычно я одна не понимала, что происходит вокруг. Из меня сделали полную идиотку и еще большую марионетку по сравнению с Алексом. Городское кладбище, освещенное лунным светом и редкими фонарями забавное зрелище. Красиво как в кошмаре.
- Милая, ты решила, что эту девочку обратила я? – спросила Машика. – Разве Фабиан не…
Она прервала свою речь, перевела взгляд и засмеялась. Я бы сказала, что смех был далеко не веселый. Серо-зеленые глава в черные. Это была война, в которой читалась усмешка. Война не за власть и не за жизнь, а просто из прихоти.
- Да, конечно. Стоило догадаться. Он сказал, что это я. Ведь он не мог ошибиться. Он может определить кровь любого члена Совета, как хорошо обученная ищейка.
- К чему ты клонишь? – прошипела я, и рука Элен стала еще ощутимей.
- Я бы предложила тебе узнать у любого вампира здесь, чья она. Мне ты не поверишь, а остальные скажут, что она моя, - упорствовала женщина.
- Прикажи ей, - в устах Алекса это прозвучало таким приказом, что даже я исполнила бы его, безотлагательно.
Машика просто улыбнулась на такую грубость. И не смотря на Элен, приказала, ожидая, что все останутся на своих местах:
- Отпусти ее.
Я видела удивление на лице Машики, когда рука Элен Рау сперва расслабилась и отпустила мою шею, видела это же удивление, когда новообращенная сделала шаг назад, и моя рука с пистолетом почувствовала свободу. Я хотела было съязвить, но появление Ариэль, которая взялась черт, знает, откуда, отвлекло меня.
- Маленькая драма, - пропела она.
Следом за принцессой подводного мира на нашей маленькой готической вечеринке появилось с десяток вампиров. Кто на чьей стороне меня не волновало. Ни та, ни другая Принцесса Тьмы мне теперь не нравилась. И если бы был выбор между двух зол, я бы вообще выбрала оборотней, которых, к сожалению, тут нет.
- Трагическая концовка меня устроит, а тебя, Машика? – последовал от Ариэль вопрос.
- Безусловно, - согласилась та. – Петру!
И знакомый мне Петру возник как по дуновению ветерка. Хищно улыбнувшись и растягивая момент начала битвы-реванша, пошел ко мне. На кону была жизнь, это читалось в его глазах, я надеялась, что все закончится в мою пользу. Забавно, но стрелять я в этот раз не стала. Я убрала пистолет и на смену ему пришли мои ножи. Мои больше предназначались для ближнего боя, ножи Петру были меньше и по виду легче, что делало их метательными. Хотя это его совсем не заботило. Первый выпад я предоставила противнику, блокировав его. Он плавно уворачивался, от любого моего удара. И все же первой потекла его кровь, когда я раскрыла лезвие и одна его часть прошлась по щеке Петру. Темная кровь потекла вниз…
И больше Петру не играл. Удары стали мощнее, неожиданней, стремительней. После очередного блока, когда Петру ударом за удар теснил меня назад, я споткнулась и повалилась на землю. Улыбка была такой, что он предвидел мое падение и специально его подстроил. Воздух вышибло из легких. Пока я училась заново дышать, тишину над кладбищем разрушил грохот выстрела. Я была почти уверена, что ночной сторож услышал его. За выстрелом последовал возмущенный выкрик, и мне показалось, что он принадлежал Машике. И глухой звук падения.
Мне кто-то помогал встать. Узнав в помощнике Фабиана, я махнула ножом. Моя паранойя видела в нем опасность. На движение я развернулась и увидела буйство Машики над Алексом. Вот кто выстрелил, вот почему Петру не подает признаков жизни. Зрачок Связанного с Машикой гуля расширился, так, что белка вообще не было видно. И даже, потому что Алекс выстрелил в Петру она не имела права трогать его. И будучи уверенной в это, я перехватила лезвие ножа и метнула его в спину Машике.
- Не смей прикасаться к нему, - звук голоса прозвучал так холодно, что я сама верила, что исполню любые свои угрозы, если они слетят с моего языка.
От неожиданности Машика выгнулась, и зарычала, почувствовав, как нож в ее теле раскрылся и мгновенно разрезал мышцы и возможно повредил кости позвоночника. Я знала, что улыбаюсь, и чувствовала, что мне нравится видеть, что ей больно. И мысль была такова, что становиться социопатом не так и страшно.
Вампирша потянулась было к рукоятке ножа, но вытащить его не смогла. Так что она оставила в покое Алекса и повернулась ко мне. Определенно три лезвия предназначены для агонии и большего ущерба. Я метила в нее еще один нож, позаимствованный у Петру, на тот случай если она захочет отомстить за причиненное ей неудобство от серебряного ножа.

_______________
Форум