(от лица Беллы)
Из холода я перешла в состояние жара. Горело все внутри меня, я, подобно птице фениксу, сгорала, но чувствовала, что будет второе рождение. Я не хотела умирать. Только не сейчас. Я не могла подвести маму и папу.
Я чувствовала, как превращаюсь в головешку, как пламя охватывает мои конечности. Впервые я чувствовала такое. Это было очень больно. Я думала, что не кричу, но на самом деле я кричала. Я думала, что осталась совсем одна, поглощаемая адским пламенем, но это было не так. Я скорее почувствовала, чем услышала ИХ. Моя семья - Каллены. Я слышала их мягкие, звучные голоса. Они звали меня. Мне казалось, будто я плыву по течению по направлению к голосу. Я узнала говорившего - Эдвард, мой дядя…
Я чувствовала, что лежу на чем-то мягком. Кто-то теплый держал меня за руку и повторял:
- Белла, милая, открой глазки. Все хорошо, мы здесь.
Но я не могла. Вся боль сконцентрировалась в моем неистово бьющемся сердце. Оно трепетало, словно крылья колибри. Я изогнулась, и от моего вопля зазвенело в ушах. Потом все стихло.
Почему мне не больно? Разве мне не сломали пальцы, ребра, словом, все, что только можно?! Куда делись болящие ссадины на щеках, почему меня больше не тошнит?
Внутри меня больше не было ничего. Мне не было больно, разве что я была немного подавлена чем-то…
- Белла?- внезапно откуда-то я услышала голос мамы Розалии.
Я сосредоточилась и неожиданно легко распахнула веки.
Я видела все с потрясающей четкостью, каждую пылинку. Я видела белый потолок над собой, на потолке изгибались в непонятные узоры микроскопические трещинки. Мой слух обострился, я отлично слышала звуки телевизионной рекламы автомобилей внизу, шелест страниц книги в библиотеке. Судя по знакомым запахам, шелесту листвы за стеной, я была дома.
- Белла?
- Мама… - мой голос звучал красиво. Он был похож на перезвон колокольчика.
Розалии склонилась надо мной.
- Что произошло?
- Милая, ты дома… - вздохнула мамуля.
Я поднялась на кровати. Я находилась в своей комнате, на кровати. Неожиданно, дверь распахнулась. Этот звук испугал меня, и я отреагировала странно. Мое тело изогнулось, я мигом соскочила на пол, приняла защитную стойку, пригнувшись к земле, и зашипела…
В проеме двери стоял папа. Он улыбался:
- Ну, козявка, как настроение? Сейчас тебе лучше, чем у бандитов? Ну что, ты пойдешь на первую охоту?
Розалии зашипела:
- Эмметт, ты идиот! Она же не знает о…
- Вот черт, она же теперь не знает, что она вампир! - хлопнул себя ладонью по лбу папа.
Мама, похоже, достигла точки кипения. Она резко вскочила и, зашипев, кинулась следом за Эмметтом. Они пересекли первый этаж и вылетели во двор. Я слышала звуки, будто кто-то бьет камнем по деревяшке, и крики Эмметта:
- Милая, ты хочешь оставить ребенка?! Ай! Больно!
- Только на минутку, вот вдолблю тебя в землю - и вернусь! - рычала мама.
- НЕТ! - визжал папа.
- Никакого секса неделю,- мама была неумолима.
- ЧТО?! НЕТ! ПРОШУ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО, ЭТО ТАК ЖЕСТОКО! ЛУЧШЕ УБЕЙ! - стонал папа.
- Спасибо, что напомнил…
Думаете, в этой ситуации я поинтересовалась, что там папа говорил про вампиров? Или, может, я задала вопрос, почему я так хорошо вижу и слышу, и почему у меня ничего не болит?.. Или я поинтересовалась, почему папа с мамой бегали на такой скорости? Ошибаетесь.
- Что такое секс? - растерянно поинтересовалась я у Эдварда, сидящего на моей кровати.