(от лица Беллы)
Я проснулась и села на кровати. Сегодняшний кошмар был особо ужасен. Мне снилась моя сестра. Она часто мне снится, но сегодня я видела ее в каком-то строении, там были плохие люди, причиняющие ей вред.
Я вздохнула поглубже и окончательно проснулась. Я находилась в уютной детской, которую бабушка целых два дня рисовала у себя на бумаге. Мне нравились желтые стены, мне вообще нравился этот дом с его обитателями. Они все были словно из сказки, очень добры, умны, красивы. Я чувствовала себя счастливой рядом с ними.
Но я никогда не смогу забыть своей прежней жизни - в памяти будто выжгли каленым железом каждое мгновение, проведенное там.
Я родилась в пригородах Лондона, в небольшом доме, состоящем из трех спален. У меня была старшая сестра по имени Луиза, мама – ее звали Рене, и папа Чарли. У нас была счастливая семья, как мне рассказывала моя сестра. Мама воспитывала детей, папа работал в полиции, а Луиза была королевой школы. Когда мама забеременела мной, все были очень рады. Луиза мечтала о том, как она будет со мной нянчиться, как поведет меня впервые в школу - и ей было неважно, кто я, девочка, или нет. Она любила меня еще до того, как я родилась. Мама тоже страшно хотела, чтобы я появилась на свет - она любила детей. А папа мечтал о наследнике, но, когда стало ясно, что я девочка, Чарли сразу забыл, кого он там хотел, и обрадовался, что у него будет команда таких замечательных девчонок. Я помню наш дом смутно - мне было два, когда начался самый страшный кошмар в моей жизни. Папа потерял работу из-за того, что отказался принять взятку у бандитов. Поэтому нам пришлось продать дом и съехать в криминальный район, где мы все вместе жили в одной комнате. Никто не жаловался, мы были все еще вместе. Я верила, что Бог вернет нам дом, а папе работу, ведь мы были ни в чем невиновны. Как же, размечталась… Стало только хуже.
К отцу начали приходить страшные люди. Не стесняясь ни меня, ни Луизы, ни беременной Рене, они кричали разные плохие слова. Оказывается, чтобы прокормить семью папа влез в долги…
Но вот однажды… Этот день я запомню на всю жизнь… К нам пришло много страшных людей - я насчитала восемь - и они быстро-быстро о чем-то говорили. Потом папа упал на колени, умоляя их не делать чего-то. Я не понимала, в чем дело, пока несколько человек не скрутили Луизу. Они увезли ее в черном фургоне. Остались только мы: обезумевшая от горя мамочка, плачущий папа, моя сестренка в животе мамы и я, трехлетняя девочка.
Тогда я не понимала, но теперь понимаю: Лу забрали за долги отца бандиты и сделали из нее проститутку в борделе. Жива ли она сейчас, не знаю, но с тех пор я ее не видела. Также я стала убегать от всех черных фургонов - мне казалось, что сейчас меня похитят, как Луизу.
Мы пытались сохранить семью. Правда, пытались. Папа стал курьером и начал отдавать долги, надеясь, что, если он отдаст все деньги, то Луизу вернут. Мама готовилась к рождению дочки, поэтому взяла себя в руки, и мне велела не грустить, а верить в то, что Лу жива и скоро к нам вернется. Я верила.
Когда родилась Спика, моя сестра, мы все были счастливы. Она была здоровенькой. Я мечтала о том, как, когда Луиза вернется, мы будем вместе воспитывать Спику.
Но однажды те страшные люди вернулись. Они вошли в квартиру, распахнув дверь настежь. Я стояла на площадке и наблюдала за тем, что там происходит. Я хотела войти и броситься к маме, но один из страшных людей стоял вплотную к проему двери, и я побоялась войти внутрь. Папы не было дома, он работал допоздна.
Они страшно ругались, обыскивали наше жилище. Искали деньги или что-то ценное. Вспомнив, что в нашей семье трое детей… Было… они решили взять старшего ребенка - то есть меня - в уплату долгов. Но в квартире меня не было, так что мне повезло. Они не узнали меня - я сильно выросла с момента нашей последней встречи. Поэтому, когда они прошли мимо меня, то не обратили особого внимания. Итак, мне исполнилось пять лет, когда плохие люди унесли мою младшую сестренку, Спику.
Рене устала терять своих детей, но оставить меня она тоже не смогла бы. Мама велела мне выбрать себе веревку, и показала мне, как сделать петлю.
Мне было пять, когда я связала для себя веревку смерти и надела погребальный саван - ночную белую рубашку.
Мама поставила меня на табурет напротив себя и накинула мне на шею веревку. Я помню, что не испытывала ничего, кроме холода - у нас не топили, а тоненькая ночнушка совсем не грела.
Одев веревку себе на шею, мама вслух помолилась Богу и решительно оттолкнула ногой табурет. Табурет отлетел в сторону, а она повисла на веревке. Испуганная хрипами Рене, я, сама того не осознавая, сделала шаг в ее сторону и слетела со стула. Все ее инструкции тут же вылетели из головы, потому что веревка впилась в шею. Я задыхалась, горло горело, но мне повезло - я не очень хорошо сплела петлю, и та развязалась. Я рухнула на бетонный пол, умудрившись вывихнуть обе ноги, глотая спасительный воздух. Мама уже не билась на веревке, она тихо висела с закрытыми глазами.
Я просидела в углу комнаты, дрожа, пока не пришел Чарли.
Рене похоронили на ее родине, в солнечной Аризоне, в пригороде Финикса.
В тот вечер, когда вернулись Они, я была уже не совсем живой. Я сидела на матрасе в углу, как кукла. Я не ела, я не разговаривала, я не жила. Я существовала. Я жила в прошлом, прокручивая все счастливые моменты у себя в голове снова и снова, и так много раз, много дней подряд. Это не надоедало.
Мне было пять, когда меня лишили всего. Мне было пять, когда, будто из самых страшных кошмаров, вернулись плохие люди и объяснили Чарли, что долг почти выплачен, но отец должен был отдать им меня. На органы, или в детский публичный дом - мне было все равно. Хотя лучше бы на органы - быстрее и мучиться меньше. Чарли попросил дать ему пять часов, чтобы попрощаться со мной. Они согласились. Странно, но я умудрилась задремать. Сквозь сон, я видела, что Чарли берет нож и идет ко мне. Значит, я умру быстро и от рук родного отца. Хорошо, такой расклад меня устраивал - это лучше, чем прозябать в борделе. Мы оставим бандитов с носом.
Но все планы сорвал ангел по имени Эдвард. Он буквально вытащил меня из моих кошмаров, моих страданий, подарил мне новую семью, показал мне мир, о котором я даже и мечтать не смела.
Свет ночника внезапно ослепил меня, и я потеряла тонкую нить своих мыслей. На часах было три часа ночи. Надо мной склонился дядя Джаспер:
- Белла, с тобой все хорошо? Тебе …больно! - эти слова не были вопросом.
- Нет, с чего ты взял? - соврала я. На самом деле мне было настолько больно, будто что-то перекрутило мои внутренности и мешало дышать вот уже несколько месяцев.
- Ладно… - недоверчиво сказал он. - Если захочешь поговорить - обращайся, мы всегда рядом!
Он вышел из детской и захлопнул дверь за собой.
Я откинулась на подушки и зарычала от досады: Боже, только бы он не рассказал про мое состояние маме Розалии или папе Эмметту… Я не вынесу того, что причиню им боль!
Наверное, я - страшное чудовище, причиняющее боль всем, кого люблю… Совершенно ясно, что я недостойна жить здесь, среди этих ангелов, я - грязная пятилетняя потаскуха с улиц Лондона… Да и достойна ли я вообще жить?! За эти пять лет я ничего не сделала, ровным счетом, ничего! Я все только испортила - после того, как я появилась в семье Свонов, все пошло кувырком, я не смогла спасти ни Спику, ни Луизу. Черт, я даже не смогла закричать и позвать на помощь соседей, когда мама задыхалась на веревке - горло будто сдавили щипцами, а ноги приросли к полу… Я - неблагодарная тварь, я должна была утешать Чарли, вместо этого я была в депрессии и на какое-то время выпала из окружающего мира. А мой бедный папа каждый вечер возвращался в пустую холодную квартиру, где его ждало угнетающая пустота и безвольная дочь… Черт, я даже Чарли не спасла, вместо этого я искренне привязалась к его убийце! И, наконец, я целые сутки напролет мотала нервы этой замечательной семье своими криками боли…
Я вздохнула и попыталась уснуть: мамочка будет расстроена, если завтра я буду сонной и усталой на нашем пикнике… Мама Розали… Безусловно, я любила ее больше всех на свете, она была моим ангелом… Папу я тоже, безусловно, любила, но мама дала мне в сложный момент жизни то, в чем я больше всего нуждалась, а именно обещание того, что все будет хорошо, чувство безопасности, доброту и ласку…
С этими приятными мыслями я выпала из реальности…