Свобода! Как приятно было выбраться из затхлого подвала на вольный воздух! Эдвард шел вприпрыжку, вертя головой по сторонам. Теперь ему не надо было бояться вампиров. И даже жрать почти не хотелось. Можно было сколько угодно рассматривать дома, витрины магазинов и непривычно яркое голубое небо.
Скоро Эдвард вышел на площадь – и аж рот открыл от восхищения. Прямо перед ним возвышался огромный яркий шатер. Висящие тут и там разноцветные лоскутки трепыхались на ветру, на вершине развевался длинный ярко-зеленый флаг. Вдоволь полюбовавшись на это великолепие, Эдвард решил подойти поближе.
Сбоку шатра притулилась круглая черная будка – в нее выстроилась очередь.
- А что там такое? – поинтересовался Эдвард у солидного, богато одетого господина.
- Это, мой юный друг, театр самих Вольтури...
Эдвард чуть не бросился бежать, но в последний момент вспомнил, что теперь он сам вампир, и ТАК бояться все же не стоит.
- ... Достопочтенные Аро и Маркус покровительствуют высокому искусству. Очень интересные и очень поучительные представления.
- Ух ты! – восхитился Эдвард. – А как...
- Всего три обычных таба, мой юный друг.
Табов не было – никаких. Эдвард загрустил было, но тут вспомнил, что на табы можно что-нибудь обменять. Не долго думая, он сунул подаренную Карлайлом книгу тому самому богатому господину.
- Смотрите, что у меня есть. Отдам всего за три... нет, за четыре обычных таба.
Господин осторожно взял у него книгу и повертел в руках. Внимательно прочитал буквы на обложке. Чему-то усмехнулся про себя, чуть обнажив клыки.
- Хорошо, мой юный друг. Четыре обычных таба.

Изнутри шатер показался Эдварду не таким уж большим. Темный зал с рядами железных стульев, а в конце – маленькая сцена, освещенная тусклым желтоватым светом.
Представление уже началось. Посреди сцены стоял непередаваемо мрачный и несчастный вампир с огромными синяками под глазами. На нем был грязный, когда-то белый балахон с бледными пятнами крови.
- Меня зовут Джаспер, и я самый несчастный в мире вампир... – уныло тянул он на одной ноте. – Я умею читать мысли и влиять на настроение. Сейчас вам станет весело, и вы засмеетесь.
Джаспер внимательно оглядел зал – смеяться никто и не думал.
- Опять не получается, - вздохнул он. – Потому что мне самому невесело. Я влюбился в мутантку, девушку с голубыми волосами, а ее похитил злобный оборотень...
- Врешь ты все, Джаспер! – прозвенел из-за кулис веселый голосок.
- Это Арлекина Элис, - безрадостно сообщил публике Джаспер. – Сейчас она будет смеяться надо мной и моей любовью к прекрасной Бельвине.
Эдвард съел оставшийся таб и заскучал. Зачем только он продал книгу?
Из-за кулис выпорхнула миниатюрная девушка в платье из ромбиков.
- Оборотни давно вымерли, глупый Джаспер. Эта мутантка просто сбежала от твоего бесконечного нытья!
- Я видел этого оборотня! Он был огромный и страшный. Я дрался с ним! – Джаспер показал на пятна на балахоне. – И благородная дама в середине третьего ряда напрасно думает, что я не умею драться.
Зал обернулся к третьему ряду. Вампирша с ярко-алой высокой прической удивленно-недоверчиво усмехнулась.
- Я умею читать мысли! – снова провозгласил Джаспер. – Мысли любого из почтенной публики. Проверьте меня!
- Кого я сожрала на завтрак? – визгливо крикнула дамочка в первом ряду.
Джаспер раскланялся в ее сторону:
- Я поражен, как такая хрупкая девушка одолела огромного гризли.
- Правильно, клоун!
- Как меня зовут? – неожиданно для себя крикнул Эдвард.
Арлекина Элис вдруг захлопала в ладоши:
- Это же Эдвард! Ты был в моем видении! Иди скорее, сыграешь нам на рояле!
Эдвард застыл на месте, но Элис в два прыжка оказалась около него и потащила за собой.
Два близнеца в полосатых трико выкатили на сцену черный как ночь рояль. Кто-то швырнул из зала стул, едва не сбив Эдварда с ног.
Пока он усаживался за инструмент, на сцену высыпало десятка два разнокалиберных вампиров. Весело гомоня, они расселись вокруг рояля, с надеждой глядя на Эдварда.
Белые клавиши, черные клавиши. Я умею играть на рояле, хотя никогда не учился. По ночам я пробирался из барака в хозяйский дом – когда все вампиры уходили в заповедник на ночную охоту. Звук этого инструмента завораживал меня – сначала я просто нажимал на клавиши – черная, белая, снова черная. И слушал. А потом под моими неуклюжими пальцами сама собой начала рождаться музыка...
Зал заворожено слушал. И вдруг...
- Они идут! Спасайся, Эдвард!
Страх, звенящий с голосе Арлекины, заставил Эдварда вскочить и заозираться.
- Играй дальше! – капризно крикнули из зала.
Из-за кулис показались две фигуры в одинаковых темно-серых плащах – высокий темноволосый мужчина и девочка с ангельским личиком. Эдвард искренне пожалел, что не умер в кровесборной машине. Перед ним стоял Аро – один из трех Вольтури, дневной ужас и ночной кошмар всех жраков и даже, хотя вряд ли кто решился бы признаться вслух, свободных вампиров.
Аро медленно, очень спокойно улыбнулся, не обнажая клыков, и тонкой рукой указал на Эдварда.
- Прошу тебя, Джейн.
Боль. Больно так, что тот пожар, сделавший меня вампиром, кажется ласковым солнышком. Словно каждый сустав выворачивается под немыслимым углом, раз за разом. Мышцы тянутся и рвутся, словно прогнившие нити, сматывая мое тело в жуткий болезненный клубок. Кости черепа крошатся под ударами огромного безжалостного молота, разлетаясь на тысячу кусочков, и каждый кусочек иглой впивается в беззащитный мозг. Как же больно!..
- Достаточно, дорогая.
Зал замер, смотря на скорчившегося Эдварда. Актеры сбились к краю сцены, пряча взгляды. По юному лицу Арлекины Элис текли слезы.
- Феликс.
Сильная рука рывком подняла Эдварда с пола, хорошенько тряхнув за шиворот. Ткань рубашки затрещала, но выдержала. Высокий широкоплечий вампир развернул Эдварда лицом к кулисам и чувствительно ткнул в спину.
- Иди.
Они долго тащились по сначала деревянным, а потом каменным лестницам и коридорам – все время вниз. Открывались и закрывались двери. Крысы, обычные мелкие крысы, совсем не похожие на саблезубых сородичей-мутантов, вышмыгивали из-под ног. Эдвард пытался оглядываться по сторонам, но каждый раз получал тычок от Феликса. Изящные фигуры Аро и Джейн маячили где-то впереди, потом исчезли.
А потом пропал и Феликс. Сзади хлопнула дверь. Эдвард удивленно огляделся.
Легкие языки огня весело играли в глубине камина, бросая ласковый отсвет на багряно-красный мех ковра. На столике из черного стекла поблескивали три бокала на тонких ножках и кучка искрящихся золотом табов. Рядом со столиком, на подлокотнике высокого черного кресла, повернутого к огню, виднелась мелово-белая рука...
- Заходи же, Эдвард.
Спокойный голос Аро заставил Эдварда вздрогнуть и непроизвольно шагнуть вперед.
- Дай мне свою руку, юный вампир.
Прикосновение руки Аро было мягким и стремительным. Затем довольный вампир откинулся в кресле, Эдварду показалось, он сейчас облизнется, как сытый кот.
- Значит, его зовут папа Карлайл. Семейные узы среди вампиров – как мило! Кайусу будет интересно услышать об этом... Живет в подвале старой башни, в сырых каменных комнатах с ржавыми трубами... Трухлявый матрац и блестящая черная дверь, за которой живут крысы-мутанты. И надпись... Жаль, что ты не умеешь читать, Эдвард.
- Там написано ВЫХОД, - буркнул Эдвард, неожиданно обидевшись на замечание.
Аро подался вперед.
- Действительно жаль, Эдвард, – голос Аро стал неожиданно ласковым. - Ты должен обязательно научиться читать, папа Карлайл будет доволен тобой.
- Я книгу продал, - вздохнул Эдвард и загрустил...
- Возьми, юный вампир, - Аро сгреб со стола пять золотых табов и сунул в руки Эдварду. – Возьми и купи себе много-много книг. Передавай мои лучшие пожелания доброму папе Карлайлу и скажи, чтобы он надежно запирал черную дверь от опасных крыс-мутантов...
Эдварду оставалось только удивленно хлопать глазами.

ФОРУМ