Увидев, что мы направляемся в узкий переулок, он немного напрягся. Возможно, он все еще продолжал с подозрением вычислять, можно ли доверять моему дружественному расположению или нет. Я нежно сжала его пальцы, и, когда мы зашли на боковую улочку, он успокоился. Улица оказалась пустой, мне было это заранее известно. Отсутствие близкого контакта с людьми его только порадует. В отличие от меня, мой новый друг не так хорошо контролировал жажду, и я знала, что ему пока сложно устоять перед человеческими запахами.

Проходя в кованые ворота, ведущие в парк, я сбавила ход. Пушистые верхушки деревьев у нас над головами почти полностью закрывали нас от дождя, пропуская через тяжелые ветви только несколько одиноких капелек. Далекие раскаты грома притихли, и внезапная тишина окутала воздух. Я отпустила его руку и пошла к одной из скамеек, стоящих неподалеку. Он не сдвинулся с места.

Мы обдумывали случившееся, оставаясь в тишине. Я, наконец, его встретила, и, зная это, чувствовала себя так, словно груз упал с плеч. Конечно, он понятия не имел о нашей будущей встрече в Филадельфии или даже о том, что мы вообще когда-нибудь познакомимся. Как и я, владеющая всей дополнительной информацией, он тоже знал, что наше знакомство станет важным витком в нашей истории. Положив руки на колени, я терпеливо ждала, пока он первый не прервет тишину.

- Кто вы? - его тихий голос не выражал требования или недоверия.

И хотя тон был настороженным, я почувствовала его заинтересованность.

- Хороший вопрос, - мягко ответила я, рассматривая свои ногти.

Последние двадцать лет я провела, думая именно об этом. Однако, несмотря на количество потраченного времени, мне все равно нечем было с ним поделиться.

- Можно спросить, как вас зовут?

- Элис.

- Элис? – вопросительно произнес он в ожидании моей фамилии.

Имя – единственное, что осталось в памяти из моей человеческой жизни. Мне не удалось вспомнить фамилию, поэтому искать информацию о семье и прошлом было бесполезно.

- Просто Элис, - сказала я, слегка пожав плечами.

- Ты не используешь свою фамилию? – он удивленно поднял бровь.

- Я ее не знаю, - произнесла, в ожидании его реакции.

Несмотря на постоянное наблюдение за семьей Калленов, на многие вопросы я так и не получила ответа. Мне было интересно, является ли отсутствие воспоминаний нормальным явлением для моего рода, или я единственная с подобной проблемой. Мысль о моей ненормальности, когда я уже и так была необычной, приводила меня в ужас.

На мгновение образовалась пауза. Похоже, он искал подходящий ответ.

- На самом деле, это поразительно - я ничего не знаю ни о себе, ни о прошлой жизни в обличии человека.

Он сделал неглубокий вдох.

- Да, это и вправду поразительно.

Я посмотрела на него, пытаясь в темноте разглядеть его глаза. Получается, ничего не помнить о прошлом - ненормально?

Он сделал несколько шагов в мою сторону, а затем неуверенно присел на скамейку.

- С подобным я еще не сталкивался и никогда не слышал об этом, - Он слегка развернулся ко мне лицом. – Ты правда совсем…?

- Ничего не помню, - фраза повисла в воздухе, в то время, как мы размышляли на эту тему.

Дождь не собирался прекращаться. Часы, находящиеся вдалеке, пробили еще один час, отдаваясь в воздухе тяжелым грустным перезвоном.

- Тогда каким образом?.. - его алебастровая бровь изогнулась в растерянности.

- Я заметил, что тебе не сложно находиться… в своем окружении.

Под словом «окружение» он понимал смертных. Я знала, что сейчас, живя среди людей, он испытывал трудности, и так будет еще долгое время. У Карлайла Каллена практически выработался иммунитет к человеческому запаху. Хотя до него мне было еще очень далеко, за годы поста я стала сильнее и в течение короткого периода времени могла находиться рядом с ними.

- Эх, Джаспер, - я осторожно назвала его по имени, привлекая внимание, - это долгая история.

Он быстро пришел в себя, вроде бы понимая, что со временем я все ему объясню. Он даже не стал спрашивать, откуда я узнала его имя.

Вместо этого он улыбнулся, окинув меня оценивающим взглядом, и ответил:

- Ну, что ж, Элис, я не тороплюсь.

Подарив ему благодарную усмешку, я приступила к рассказу.

Я начала с самого начала, описав ему свои скитания, дом на окраине леса и то, как я обнаружила свой дар.

- Поэтому тебе известно мое имя? – поинтересовался Джаспер. – Так ты узнала, где меня искать?

Я кивнула.

- Джаспер Уитлок – майор союзной армии.

Его глаза расширились от удивления, а я продолжила свою историю.

Когда я поведала ему о своем вынужденном возвращении в городок после недельного голодания в лесу, его лицо скривилось в гримасе. Я рассказала Джасперу об отвращении, которое я испытывала к содеянному, а также о людях, потерявших жизнь из-за моей непрекращающейся жажды, и видела в его глазах неподдельное сожаление.

- У тебя не было выбора, - успокаивал он меня, пытаясь утешить.

Я даже сама чувствовала, как успокаиваюсь от его слов, несмотря на то, что в них была только половина правды. У меня был выбор, пусть я о нем тогда и не знала, и у Джаспера тоже.

- Так я и думала, - чтобы лучше видеть его лицо, я села на скамейку.

- А почему ты стала вести другой образ жизни?

Достаточно быстро в его утешающем взгляде появился сильный интерес, а в голосе прозвучала нотка надежды.

- Какого цвета твои глаза? – Он повернул голову, чтобы вплотную меня рассмотреть, и один светлый локон упал на его лицо.

Пока он изучал мою радужку, я заметила, что его радужная оболочка была очень черная. Я была счастлива, что успела поймать его до того, как он снова решит поесть.

- Почему они золотого цвета? – Джаспер медленно приблизился ко мне, пытаясь убедиться, что цвет моих глаз был действительно золотым.

- До этого я видел только малиновые и черные.

Где-то спустя год после моего обращения насыщенный красный цвет глаз стал менее ярким. Золотистый оттенок нравился мне куда больше. Мне казалось, что так я выглядела менее свирепой и меньше шокировала людей. Я чувствовала, что простое изменение цвета с красного на золотой вернуло мне частичку чего-то человеческого, словно мой выбор в какой-то мере меня искупил.

- Как тебе уже известно, малиновый оттенок появляется от питания смертными, а золотистый – результат употребления животной крови.

Животной…? – повторил он, будучи в трансе.

- Она не настолько… вкусная, как человеческая, но кровь животных облегчает жизнь среди людей, - продолжила я.

- И к тому же, это позволяет оставшейся в нас человечности снова одержать победу.

Не задумываясь, я накрыла его ладонь своей и мне показалась, что то чувство спокойствия, которое я ощущала в его присутствии, усилилось с помощью физического контакта. Наши лица оставались в нескольких дюймах друг от друга. Его глаза, полные эмоций, пристально смотрели в мои, необъяснимо притягивая к себе.
Я молча застыла под действием его внимательного взгляда.

- А откуда ты узнала об альтернативе? – прошептал он.

Собирая в кучку свои мысли, я отвернулась, прервав этим зрительную связь. Вспомнив про Калленов, я рассказала Джасперу о том, как наблюдала за тем, как охотился Эдвард. Когда я сообщила ему о том, что в этом клане их пятеро, он заметно напрягся, а когда выразила свое желание найти их и присоединиться к группе, он забеспокоился.

- Элис, сколько времени ты провела с другими вампирами? – поинтересовался он.

- Ни одной минуты, - честно ответила я ему, - но я так давно наблюдаю за семьей Калленов, что чувствую, словно живу вместе с ними, хотя ты первый вампир, с которым я встретилась лично.

Джаспер стал хмурым. Я уже испугалась его потерять, переживая, что моя попытка заработать его доверие и убедить его попробовать новый образ жизни провалилась. Я боялась, что из-за увиденного в армии вампиров на Юге насилия он останется настороже и решит продолжать путешествовать в одиночку. Меня заразила его внезапная задумчивость, разбудив и во мне сомнение в необходимости искать других вампиров.

Однако, мне до сих пор была ненавистна мысль о вечном одиночестве. Мне не хватало самодостаточности. Я искала большего, чем просто, так называемое, взаимодействие с людьми. Мне было нужно общение. Сидя рядом с ним на скамейке в парке под покровом ночи, первый раз за свое неживое существование, я ощутила себя целостной. Завершенной. Больше я уже ничего не желала. Я чувствовала себя счастливой.

Я была уверена - Джаспер стал моим другом, и знала, что он тоже этого хочет, просто еще не успел осознать. Не я одна его нашла. Мы оба нашли друг друга.