(Белле 10 лет)

Меня пробудил ото сна приятный запах, от которого рот наполнился слюной, а желудок заурчал. Я мигом последовала за ароматом и на кухне наткнулась на маму. Она была такая красивая, прекраснее всех моих Барби. Я быстро к ней подбежала посмотреть, что же именно так вкусно пахнет.
— Привет, Солнышко! – сказала она и развернулась ко мне. Мама подняла меня на руки и расцеловала в обе щеки, а затем чмокнула в губки.
— Что ты готовишь? – поинтересовалась я, все еще не зная источника этого притягательного аромата.
— Блинчики специально для тебя, доченька, - сказала она и у меня вновь потекли слюнки. Обожаю блинчики!
Мама держала меня на руках, пока не закончила готовить, будто я была совсем маленькой. Люблю, когда она так меня держит. Ощущение полной безопасности и гармонии. Прильнув к ее плечу, по которому волнами струились ее гладкие волосы, я вдохнула этот чудесный запах.
Она продолжала покачивать меня на руках, напевая красивую песню о любви и красоте. Я так расслабилась, что чуть не заснула снова.
Как вдруг заметила папу в дверях. Он приложил палец к губам, чтоб я не издавала ни звука, и подмигнул мне. Шаг за шагом он подкрадывался все ближе. Даже не подозревала, что папа может двигаться так тихо – ведь он такой огромный, как гора – но как бы я не старалась, не смогла услышать ни звука его шагов. Он уже приготовился напугать маму, поднимая руки вверх. Я с трудом подавила смешок, но очевидно все бесполезно, поскольку мама уже знала о его присутствие. В тот самый момент, когда он собирался нас схватить, мама зарычала и выкрикнула:
— Даже не думай, Эмметт!
Папа покатился со смеху, увидев мое пораженное выражение лица, и тогда сгреб нас с мамой в охапку. Сначала она очень разозлилась, но потом тоже рассмеялась. Моя реакция не заставила долго ждать, и вот мы уже все трое стояли и хохотали, пока с моих глаз не потекли слезы. Мама поцелуем их осушила, после чего папа крепко поцеловал ее в губы. Так романтично!
— А где Эдди и тетя Эли?
Целый день их не видела. Обычно Эдвард был первым, кого я встречала утром. Я села с родителями и бабушкой за стол кушать блинчики. Прежде чем ответить мне на вопрос, папа немного задумался.
— Эдвард и Элис ушли в поход на выходные.
Что? А мне почему не сказал? И не взял меня с собой? Мне стало немного обидно и настроение тотчас переменилось. МОГЛИ БЫ и сказать, куда собираются!
Покончив с завтраком, мы пошли с родителями на площадку, где катались на качели, ездили верхом на лошади и лепили куличики из песка.
Потом мы сидели в гостиной и рисовали. Мама рисовала меня, а папа ее портрет. Они оба такие прекрасные. Я нарисовала нас троих на кухне. Папа держал нас на руках и целовал маму так же, как сегодня утром. А над нашими головами было много маленьких сердечек. На обороте рисунка я подписала:

Маме и папе
Я вас очень очень очень сильно люблю
С любовью, Белла

Мама начала тихо всхлипывать, а папа усмехнулся и поцеловал ее в лоб. Они вместе обняли меня и стали целовать то в щеки, то в лоб, беспрестанно повторяя слова благодарности.
— Хочешь повесить рисунок, малышка? – спросила мама, и я тотчас закивала.
Она взяла меня за руку и повела на кухню, где прицепила мой рисунок на холодильник рядом с тем, где я нарисовала всю семью вместе.
После обеда я решила похвастаться и показать родителям то, чему Эдвард научил меня играть. Так что я потянула их к пианино. И лишь тогда заметила, что нот нигде нет. Я попросила их подождать на диване и помчалась за ними в комнату Эдварда.
На полке лежала целая стопка его кожаных папок с нотами, и я стала рыться в каждой из них. Первая папка оказалась альбомом с фотографиями. На некоторых из них был изображен Эдвард в каких-то странных одеждах, будто сошел со страниц моего школьного учебника по истории. Еще была вся семья вместе, но БОЛЬШЕ всего было наших с ним фотографий.
В следующей папке было очень много рисунков. Мы с Эдвардом на поляне, вместе за роялем. Еще были изображения нас в аквариуме, в зоопарке, ресторане и дома, в школе и на природе. В углу каждого рисунка значились его инициалы и дата. Все они были такими реалистичными, и настолько красивыми, по телу тотчас разлилось тепло.
Я стояла и сама себе улыбалась, пока не заметила изменение в рисунках. Первые несколько вообще были похожи на каракули, но потом стал все четче вырисовываться образ Эдварда, и судя по всему меня. На всех на них был парень с бронзовыми волосами и девушка с длинными каштановыми локонами. В углу теперь значилось мое имя и возраст. Он все их сохранил. Каждый мой рисунок, который я когда-либо рисовала. Если раньше внутри было тепло, то теперь моя кровь закипала. Слезы стали скатываться по щекам и меня пробирала легкая дрожь.
— Белла, ну где ты там? - с лестницы донесся папин голос, и я мигом отыскала нужную папку, тщательно вытирая слезы.
— Это было великолепно, милая. Как же я горжусь тобой! – воскликнула мама и расплылась в своей лучезарной улыбке, когда я закончила играть. Я почувствовала, как жар приливает к лицу, наверняка покраснела, что папу очень насмешило. Мама заключила меня в объятия и грозно глянула на него, отчего он еще громче засмеялся.
Я прошептала ей как сильно люблю ее, и она ответила мне доброй улыбкой.
— И я люблю тебя, моя маленькая Белла. Очень-очень. Больше своей собственной жизни, - продышала она мне в ухо, и от этих слов я снова расплакалась.
Такие необычные, но потрясающие выходные! Даже почти забыла про Эдварда – ПОЧТИ! Но все-таки я безумно скучала по нему.

Форум